Зачем нам турецкая колбаса: итоги марта 2026 года

Признаюсь, когда я впервые недавно увидела новость о том, что мы закупаем в Турции колбасу, моей первой мыслью было: «Зачем?» Действительно, наш внутренний рынок уже лет 15 как завален колбасными изделиями на любой вкус и кошелек. Казалось бы, куда уж больше. Но, как выяснилось, мир сложнее, и в марте 2026 года Россия сократила импорт турецких колбас в два с половиной раза.

По данным за прошлый год свои заводы у нас произвели что-то около 2,5 млн тонн колбасных изделий. На этом фоне закупки в Турции выглядят каплей в море.

Так почему же мы почти втрое сократили импорт турецких колбас в только марте 2026 года — с $1,5 млн в феврале до $598 тыс.? Официальных комментариев нет, причины называют разные, вот 3 основные:

• Ставим на своё: российский рынок колбас и так на 90% состоит из продукции отечественного производства. Мы не просто обеспечиваем себя сами, но и наращиваем мощности. По итогам 2025 года рынок показал колоссальный рост, увеличившись на 500 млрд рублей в денежном выражении, а объем импорта в 2026 году и вовсе достиг исторического рекорда в натуральном выражении, даже несмотря на текущие ограничения. То есть, отказываясь от части зарубежных поставок, мы их оперативно замещаем своим производством.
• Качество как повод: с начала года Россельхознадзор ведет планомерную работу по усилению контроля. Только за март-апрель 2026 года было выпущено несколько писем о введении временных ограничений на ввоз продукции из Турции из-за повторных выявлений запрещенных и вредных веществ. Параллельно на внутреннем рынке проходят рейды, в ходе которых изымаются десятки килограммов санкционной продукции, включая колбасы.
• Системное снижение товарооборота: резкое сокращение импорта колбас — лишь часть большой картины. За первые четыре месяца 2026 года общий товарооборот между Россией и Турцией упал почти на четверть. И колбаса здесь — лишь один из индикаторов общего охлаждения торговых отношений и нашей переориентации на внутренний рынок.

Думаю, что без импортной колбасы мы точно не пропадем.